Вор в законе Роспись чтил криминальные традиции и боролся с чеченскими бандитами. Как за ним охотились лучшие киллеры 1990-х?

«Лента.ру» продолжает цикл публикаций, посвященных такому феномену криминальной субкультуры, как воры в законе. Появившись в начале XX века, они быстро заняли лидирующие позиции в преступном мире СССР и сохранили их после распада Союза. В прошлый раз речь шла о Рафаэле Багдасаряне (Сво Рафе) — крестном отце Армении, не раз заступавшемся за родную страну, которого знала и итальянская мафия, и наркокартели Колумбии. Сегодня наш рассказ — об Андрее Исаеве (Росписи), который в 1990-е годы объявил войну чеченским бандитам и лжеворам с Кавказа, став целью для лучших киллеров того лихого времени...

Предупреждение: «Лента.ру» не пропагандирует и не поддерживает движение «Арестантский уклад един» (АУЕ), которое признано в России экстремистским и запрещено.

У Росписи были авторитетные покровители

Андрей Исаев родился 21 июня 1961 года. Родители мальчика много работали, и он с малых лет привык ошиваться в компании уличной шпаны. Неудивительно, что уже в 16 лет Исаев на четыре года попал в колонию за грабеж — и, отбывая срок, обзавелся первыми татуировками.

Именно им он позже будет обязан своим кличкам в преступном мире — Роспись, или Расписной. Оказавшись на воле, 20-летний молодой человек быстро сколотил банду, которая стала обчищать карманы москвичей и обносить их квартиры. Правда, уже в 1982 году бандиты попались.

В итоге Андрей вновь отправился на зону — на этот раз уже на шесть лет. Там его покровителем стал известный и уважаемый среди заключенных вор в законе старой школы Василий Бузулукский, с подачи которого Исаев, несмотря на молодость, стал «смотрящим» в колонии.

А свой титул Андрей в 1992 году получил благодаря другому известному вору в законе — Вячеславу Иванькову (Япончику). Их объединила неприязнь к так называемым лаврушникам, выходцам с Кавказа, которые покупали свои воровские титулы за деньги.

Исаева уважали в преступном мире

Япончик решил короновать Исаева не только из-за взглядов последнего, но и для баланса — в то время славянские воры в законе по числу сильно уступали кавказским. Став вором в законе, Роспись быстро снискал уважение в преступном мире.

Причиной была не только его борьба с ворами-самозванцами, но и равнодушие к богатству. Через Исаева проходили огромные деньги — он держал под контролем ряд прибыльных фирм не только в Москве, но и в Австрии, Германии и Польше.

Однако большая часть этих средств шла в «общак», а сам вор в законе не имел квартиры и без восторга относился к дорогим машинам, предпочитая передвигаться на мотоцикле. Уважали Расписного и за то, что даже в сложных ситуациях тот никогда не боялся защищать друзей.

Когда на очередной сходке его товарища Рустама Назарова (Креста) приговорили к расправе, Исаев объявил, что лично отправит на тот свет любого, кто тронет его друга. В итоге Назаров остался цел и невредим.

Вор в законе боролся с чеченскими бандитами

Защищая своих друзей, Роспись был беспощаден к врагам — наряду с «лаврушниками» он боролся с беспринципными чеченскими бандитами. Вместе с Петриком, Петром Науменко (Наумом) и Виктором Коледовым (Губой) вор в законе стал одним из лидеров Таганской ОПГ.

В начале 1992 года группировка разгромила столичный ресторан «Каштан», который держали кавказские криминальные авторитеты. А в марте того же года «таганские» выследили такси с чеченскими бандитами, которые ехали на деловую встречу.

Когда машина ехала мимо гостиницы «Космос», ее расстреляли из автоматов. Выстрелы унесли жизни всех бандитов, а шофер уцелел. Позже Исаев признавался, что сохранить жизнь невиновному человеку было для него делом принципа.

Правда, такой дерзости Росписи противники не простили — на одной из сходок они приговорили его к расправе, пообещав в награду за голову Исаева полмиллиона рублей. Первую серьезную попытку устранить вора в законе киллеры предприняли в 1993 году.

Роспись стал целью для киллеров

В один из дней 1993 года киллер подкараулил Расписного у дверей его съемной квартиры и открыл огонь на поражение. Жизнь вору в законе тогда спас бронежилет — одна из пуль застряла в нем аккурат напротив сердца. Не успел Исаев прийти в себя, как на него напали снова.

На этот раз по криминальному авторитету стреляли из снайперской винтовки. Но Росписи вновь невероятно повезло — его успел закрыть собой телохранитель. Однако пуля прошила охранника насквозь и вошла Исаеву в печень.

Вора в законе экстренно доставили в одну из столичных больниц — медики делали все, что могли, но готовились к худшему. Тогда друзья Расписного срочно перевезли его в США, скрыв криминальную биографию Исаева и представив пациента советским диссидентом.

В Штатах Роспись пошел на поправку, но назад в Россию не спешил — ему предстояла длительная реабилитация в клиниках Франции, Италии и Германии. Деньги на лечение вора в законе нашлись в том самом «общаке», который Исаев активно пополнял ранее.

Исаева пытались взорвать в машине

В Москву Роспись вернулся лишь в 1994 году: из соображений безопасности он снял квартиру в Крылатском на имя своего телохранителя и сменил приметный мотоцикл на скромную «десятку». Впрочем, это не спасло вора в законе от нового покушения.

В какой-то момент он вступил в очередной конфликт — на этот раз с лидером Медведковской ОПГ Григорием Гусятинским (Гришей Северным). Тот направил к Исаеву Алексея Шерстобитова (Лешу Солдата), одного из лучших киллеров 1990-х.

Шерстобитов заминировал машину Расписного — бомба должна была сработать при открывании двери. 1 апреля 1994 года вор в законе вместе с охранником вышел из подъезда и направился к машине. Он чуть замешкался, и телохранитель первым оказался у автомобиля.

Когда охранник попытался открыть для босса дверь, прогремел взрыв, ставший летальным для охранника и школьницы, случайно оказавшейся рядом. Роспись получил множественные осколочные ранения, но выжил — и вскоре уехал в Европу.

Вора в законе «хоронили» журналисты

Между тем правоохранительные органы не знали о том, что Исаев покинул Россию, и в 1995 году умудрились его «похоронить». В апреле в одном из домов на Брянской улице нашли тело мужчины с обезображенным лицом. Один из соседей уверенно заявил, что это — Расписной.

Ему поверили, поскольку спину неизвестного в самом деле украшали многочисленные татуировки. Об обнаружении тела Росписи даже успели сообщить СМИ, но вскоре выяснилось, что известного вора в законе с мужчиной из подъезда объединяла лишь кличка.

Исаев ненадолго вернулся в Россию лишь в 1996 году — он принял участие в крупной воровской сходке в Ростове-на-Дону, где вновь жестко выступил против «лаврушников». Вскоре после этого криминальный авторитет вернулся в Европу.

Летом 1997 года Роспись прибыл по рабочим делами в польский город Познань, а 21 июля собрался уезжать. В тот день он встретился с местным криминальным авторитетом по кличке Роб и отправился в салон связи на перекрестке улиц Познаньска и Сжалковского.

***

Решив вопрос с установкой радиотелефона в машину, Роспись вместе с Робом вышел на улицу. Внезапно рядом с ними остановился белый Mercedes — из него вышли двое, они подошли к криминальным авторитетам и после короткого разговора в упор расстреляли их.

Ни заказчиков, ни исполнителей этого громкого преступления следователи так и не нашли. Свой последний приют Расписной нашел на Хованском кладбище Москвы, рядом со своим телохранителем, погибшим при взрыве.